Приснился город, над которым я корплю в 3D. Я перед домом, который только что делал. Но он - зелёный и мохнатый.

Это не плющ. Зелень обволакивает дом и повторяет скрытые элементы - карниз, баземент...  Будто кто-то пришпилил на дом миллион маленьких листочков, или он сам пустил побеги.

Агент Купер играет на хриплом аккордеончике, в ушанке перед ним монеты. А Лора Палмер танцует страстное танго. С отцом.

Пожалуй, мне подсказали - как там, у них.

Роль ключа в тот мир сыграла викторианская живопись. Из этих картин я часто черпаю вдохновение. Вот она, эта маленькая картинка:

 

Strachan, Arthur Claude, 1865-1923

Здесь очевидно, что дом никто не строил. Он вырос тут сам. Дома не вырастают такими огромными, как деревья. Иногда они растут и вместе, так что не понять, где кончается дом. Не то дом пустил ветки, не то в дереве окна:

 

 

 

 

 

Shayer

 

Геометрия дома с трудом пробивается через листву:

 

 

 

 

Henshaw, Frederick Henry, 1807-1891.Old Hall at Packington, Warwickshire

На акварелях рано умершего Томаса Гиртина (1775-1802) на фоне громадных построек человека отлично видна поросль домов, пробившихся, как  бурьян в огороде:

 

 

Lincoln Cathedral, 1794

 

 

 

 

 

 

Durham Cathedral, 1892

 

Городские виды в викторианской живописи редки, чаще они в демократичных и простеньких гравюрах. Коттеджи, село - чаще. Но основное - люди. Английскую викторианскую картину легко опознать по детям, а главное - их количеству:

 

 

Это лишь фрагмент пикника Джеймса Арчера (1823-1904). Все дети не влезают в ЛиРу, оно на столько не рассчитано. Очень эффектная по декоративности картинка, приближающаяся к прерафаэлизму. Хотя хронологически прерафаэлизм - тоже викторианство, я их никогда не могу объединить в одно целое.

Именно поэтому я предпочитаю викторианство прерафаэлитам. Те чересчур, намеренно декоративны, чувства у них экзальтрованы. А викторианству вполне хватает обычных человеческих:

 

 

Согреться. Hayllar, James (1829-1920)

 

Количество сюжетов из жизни неизмеримо, куда там библейским и античным, вместе взятым. Бурный аукцион свежих цветов, Бирмингем. Соревнования и ставки: в пахоте, в таверне между терьерами - по скорости уничтожения крыс, просто регби, и конечно, бега. Бега - это истинно английская поэма:

 

Isaac Cullin, 1890

 

Графиня в спальне с танцзал, обставленной с тяжеловесной роскошью,  рвёт старые любовные письма. Ей помогает пара слуг. Кошка защищает котят от собаки, но интереснее интерьер. Подвал выписан с такой же старательностью, как здесь:

 

 

Джозеф Кларк 1834-1926. Помогая бабушке, 1878

Сюжетом, достойным эффектной и запоминающейся картины может служить совсем мелкое, небольшое событие. Вот, например, человек просто заспался:

 

 

или, того же Брайтона Ривьеры (Briton Riviere) - "Обожание":

 

 

На звание истинного шедевра викторианского сюжета претендует картина "Сломанная игрушка" Эдварда Чарльза Уилсона:

 

 

 

Я бы купил это бессмертное творение, тем более, что нынче викторианство сдают по дешевке. Почему купил? Да потому что я не могу представить серьёзную картину на такой сюжет с импрессионизма и по сегодняшний день. Это абсолютно уникальная, уже утраченная человечеством вещь. Оно давно уже не умеет ни видеть, не удивляться, ни ценить обыденное. Ему подавай десять трупов в минуту, страсти, аццкие краски, пылающее в глаз солнце, вопль или изумрудное море с офигенными Несмеянами в белоснежных кружевах. Ничего меньше оно уже не воспринимает.

Нет, это господа, Шедевр! У пацана-то - ботинки нечищенные.

Те, кто заметил его досаду и запечатлел, не пройдут и мимо более серьёзных сюжетов. Они очень часто связаны с детьми и материнством. Кто тут не может поднять в стране рождаемость? Развесьте везде викторианску живопись, и ни в одном фильме не показывайте семьи, в которой меньше пяти детей. При этом самых-самых мам должны играть самые красивые артистки. Именно так это сделано в викторианстве:

 

Elsley, Arthur John. PickingApples.

Если баронессы выходят у викторианцев не всегда, то мам, крестьянок, человеческих и других детей они пишут без промаха:

 

 

W.Hunt

При этом викторианство вовсе не означает постоянной улыбки и веселого смеха:

 

 

Здоровье и слабость. Thomas Webster

 

Поднимаются до высокого драматизма. Сэр Самюэль Люк Филдс, "Доктор":

 

Выпавшая из руки игрушка, смятение отца и ужас матери... Но может, ещё не всё потеряно? Дай бог, что бы это было так. Пожелаем тебе удачи, доктор. Ты ещё не сдался.

 

(Продолжение следует)