Искать заимствования советского и россиянского искусства из нацистского - занятие популярное. Во, мол, полюбуйтесь - всё у Гитлера скопировали. Но это поверхостно. Приучает человека к внешним атрибутам. Не видя их, он не заметит глубинной, мощной атаки на психику.

Это поверхостно и потому, что если весь мир копировал самолёты Мессершмидта, гениального конструктора, то почему бы не копировать гениев фашистского искусства? Ведь были. Не в плагиатстве грех.

Давайте проследим развитие и отличия разных тоталитарных культур. Романтическое вознесение "ариев", "гиперборейцев"; фюрер в образе секс-лебедя, толпа голышек Всегерманской Выставки 1940-го; ни одной - в СССР, но много фюреров; опять голые бабы сегодняшней патриотической России, уже в сочетании с романтическими гиперборейцами, но без фюреров...

Что, блин, за танцы?

У истоков этих половецких плясок - люди искусства. Вагнер, и его аналог в живописи, мой (и Гитлера) любимый  Франц фон Штук. Мрачный мир нибелунгов, Ницше и Раскольникова.

Уже в 1872 Peter Nikolai Arbo пишет полотно, которое называет "Асгардия" (центр.часть):

Асгардия - мифический центр мифической страны Ультима Туле, где-то на северном краю мира.  Мамонтов пока нет.

Надо отметить, шансов у нацизма - никаких. К 1905 году он представляется окончательно раздолбанной брехней. Ученые, смеясь, отмахиваются от любых поползновений на какие-то расовые преимущества мозга - пойди, дружок, поучись. Человек любой расы рождается чистым листом бумаги...

Спиритизм, телекинез, расизм и прочая хрень - удел тех, кто с логикой не в ладах, да и наука не по зубам. А там, как раз, и художники... И вот, весь в сиянии солнечного нимба, является к нам Хуго Хоппенер, а по простому - Фидус...

... сразу радостно обнаженный и блондинистый...

Символически-таинственный модерн у него приобретает отчетливый арийско-гиперборейский оттенок:

Обратите внимание на "псевдорунический" шрифт. Когда мы опишем полный круг, Вы его снова увидит, но уже с мамонтами.

Кажется, именно Фидус "вышел" на свастику. И общество "Ультима Туле" сменило на неё свой рунический крест . Этот крест Вы тоже потом увидите... В "Ультима Туле"  входил молодой Гитлер. Ещё робко, он знакомится с обстановкой. А вот уже предлагает всем заслуженным гиперборейцам пойти попить пивка:

В тот же самый момент, будто на одном штырьке, дергается рука и других ораторов...

Павшим в пивном путче построят "Храм Славы", и Гитлер, отдавая салют, произнесёт: "И вы, павшие, в итоге - победили!". Поникновенно. Нормальное, скучное государство  - что там может быть проникновенного? Так и запишем: Офигенная Проникновенность  - первый признак тоталитаризма...

Но вернёмся к Первой Мировой. Она дала ещё одну составляющую тоталитарного искусства - беспричинную радость. По поводу рассматривания карты военных действий (Wenneberg):

По поводу формы - помните, "На нём защитна гимнастёрка, Она с ума меня сведёт"? Тут вот все официантки разом забыли других клиентов:

Но особо хотелось бы остановиться на процессе чтения письма с фронта:

Что общего у древнего австрийского ура-партриота Wenneberg'а с Лактионовым, учеником Бродского?

Картина Лактионова, за которую он получил Сталинскую премию,  писалась трудно и в тяжелых условиях. Сам художник рассказывал: он увидел солдата с рукой на перевязи, с конвертом, который шел, сверяясь с адресом. И он пошел за ним. Там была женщина, и он отдал ей письмо. "Надо было видеть, как вспыхнуло её лицо! Основная группа была найдена".

Теперь мы видим лажу. В интимность первого чтения вторглись соседи, дети, а вместе с ними страна. Через плечо заглядывает, незримо, сам император Франц Иосиф Сталин. Но главное - радость была ПРИ ВРУЧЕНИИ. Ясно - жив. Но что может радовать при чтении? Переведён в инструкторы и теперь точно выживет? Почему вдруг читает ребёнок? Перечитывают? И сколько же стоит солдат, принесший письмо?

Короче: счастье без причины - признак имперщИны.

....

И германская техника, и  искусство рвались к новым высотам. Из  "Магического реализма" 1920-х утерялся стержень магии, и он превратился... в национал-социалистический реализм. Был такой! Отличался невероятной сурпулезностью в деталях и прописанностью:

Udo Wendel, 1940, "Журнал по искусству"

Adolph Wissel, "Семья"

Главная фигура "магиков", голландец Карел Виллинк, и сам подозрителен своей рубашкой...

... хотя здесь - 1944, а голландцы бошей сильно не любили. У других, например англичан, находились художники, которым идеи нацистского искусства очень близки. Мередит Фрэмптон, 1938:

Пакстон:

По дружбе, до 22 июня, мы посылали к немцам поучиться конструкторов, художников. Культ обнаженного тела и блондинистость они ухватить успели...

(Александр Дейнека, 1932)

... но не более. Тяжеленько пришлось Дейнеке позже: "а, голых баб рисовал? А ты не фриц?" Так почти и сошёл на нет, с горящими от стыда ушами.

И мы добрались до любимой картины Гитлера. Возможно, он считал, что для народа надо бы по-понятней, потому и возник этот национал-социалистический скрупулизм. Но себе, в кабинет, упросил купить вот эту, более традиционной техники:

Если я себе в кабинет такую повешу, начальство забудет, зачем приходило.

Padua, Mathias Paul, "Леда и лебедь". Самый популярный античный сюжет нацистов - вместе с "Судом Париса".

Считал ли себя Гитлер секс-символом Германии? Думаю, да. Торжествующий клёкот истинного гиперборейца освещал ему путь к новым свершениям. Вот она, диаметральная противоположность. Вроде бы, скромны, неотличимы...

 (Hanz Schachinger, 1942)

(И. Бродский)

А на деле - противоположности. Гитлер своего народа не боялся:

Этот народ его выбрал, и он был популярен. Кто поставит ему в упрёк, если красоты нагих немок не оставляют его равнодушным, как и любого немецкого мужика.

Гитлер остаётся европейским диктатором, Сталин - восточным. Чем дальше на Восток, тем большей тайной окутана жизнь "бога". Тот, кто видел, как китайский император ест, подлежали казни. Самый загадочный "товарищ" ХХ века - Тимирсен, о нём после 1960 вообще никакой информации. Бог, ему и отлучиться некогда - на плечах страна, как небо на плечах атланта. Еда, любовь, семья - это не Всевышнего.

 А 3-й Райх без страха и упрёка вручает портфель министра культуры художнику Адольфу Циглеру. Вот его самое эффектное творение:

"Что нравится всем, то нравится и мне. Я - такой же, как вы," - говорит наш Адольф...

Далее ещё  и министр культуры Муссолини будет, ещё круче. .Декамеронистый такой.  А пока видим: присутствие секса ещё не означает отсутствия идеологии...

(Продолжение следует)